Польша пиарится на «русской теме»
16.11.2006

«Заключая договоренности между ЕС и Россией, нельзя не брать в расчет Польшу», — так на днях выразился польский президент Лех Качиньский, комментируя решение Варшавы заблокировать переговорный процесс между Россией и Евросоюзом по выработке нового договора о сотрудничестве (срок действия ныне действующего истекает в этом году).
В понедельник на заседании министров иностранных дел ЕС из-за позиции Польши не был подписан так называемый переговорный мандат – документ, отражающий общую позицию стран ЕС на переговорах с Россией, который должен быть одобрен всеми странами Евросоюза. Теперь, если за оставшееся до саммита Россия–ЕС время (он запланирован на 24 ноября) так и не удастся уговорить Польшу смягчить свою позицию, то объединенной Европе и России «светит» возможность встретить новый 2007 год без основного документа, определяющего базовые принципы сотрудничества.

Само по себе это не так уж страшно – на какое-то время может быть пролонгировано уже существующее соглашение – однако все это, конечно, не пойдет на пользу и так пробуксовывающим в последнее время отношениям России и Евросоюза.

Свою жесткую позицию польские власти объясняют, во-первых, стремлением добиться отмены ограничений на ввоз польской сельхозпродукции в РФ, введенных около года назад, а во-вторых, необходимостью давления на Россию с целью склонить ее к подписанию пресловутой Энергетической хартии.

Обосновывая свои требования, поляки заявляют, что, ограничив ввоз сельскохозяйственной продукции из Польши, Россия нарушила условия существующего соглашения между ЕС и РФ. Правда, непонятно в этом случае, почему же в Варшаве так долго ждали – практически, целый год? Или же «месть – это блюдо, которое подается холодным»?

Объясняя свое стремление склонить Россию к подписанию Энергетической хартии, в Польше традиционно ссылаются на строящийся Североевропейский газопровод (СЕГ) как угрозу национальной безопасности. Руководство и СМИ Польши давно и настойчиво пугают обывателей тем, что может случиться, когда Россия возьмет, да и перекроет газовый кран для своего западного соседа.

Если к желанию поляков вернуться на российский продовольственный рынок еще можно относиться с пониманием – хотя едва ли можно признать приемлемой ту ультимативную форму, в которую оно обличено, – то в случае с Энергетической хартией нельзя сказать и этого. Неадекватность польских требований нынешним политическим и экономическим реалиям просто бросается в глаза. То, что не смогли сделать на недавнем саммите в Лахти все 25 стран укрупнившегося ЕС, во главе с энергичным господином Баррозо, Польша хочет сделать сейчас в одиночку.

Конечно, если бы требование к России открыть доступ к своим месторождениям и транспортным сетям озвучила бы Мальта или, скажем, греческая часть Кипра, это выглядело бы еще более гротескно, но и в польском случае эта инициатива смотрится достаточно нелепо. На фоне стратегических договоренностей России и Германии по СЕГ, заинтересованность в котором уже высказали и другие страны Евросоюза, польские требования сложно воспринимать всерьез. Очевидно, что Варшава в этом случае руководствуется совсем иными соображениями.

Теми же самыми, какими она руководствовалось, когда на упомянутом саммите в Лахти ни кто иной, как Лех Качиньский задал Путину вопрос о российско-грузинских отношениях. Действительно: о чем еще мог спросить президент Польши?! Есть ли для Польши более волнующая тема, чем судьба закавказских друзей по «демократическому лагерю»?

«Глобальному» масштабу польского политического мышления вполне соответствует используемая риторика. Так, министр экономики Польши в недавнем интервью «Файнэншл Таймс» прямо предложил Германии «забыть» про строительство газопровода по дну Балтики. А премьер-министр Польши Ярослав Качиньский на пресс-конференции во время визита в Великобританию заявил, что с Россией нужно говорить «твердо, решительно и резко».

Суть и тональность заявлений польских политиков в отношении России в рамках ЕС только частично можно объяснить реальной заинтересованностью в решении каких-либо практических вопросов – таких, например, как снятие российских ограничений на польский импорт. Очевидно, что Польша пытается использовать «русскую тему» как своеобразный PR-ресурс, с помощью которого всегда можно громко заявить о себе на европейской сцене. При этом она неизменно хочет представить себя выразителем общих европейских интересов, что также повышает ее статус в глазах, по крайней мере, собственного руководства.

Однако делает это Польша так неуклюже, фактически, противопоставляя себя остальным странам ЕС, что заставляет морщиться даже своих европейских коллег, которые, конечно, ничего не имеют против уступок России в энергетической сфере и иных вопросах. Упомянутая «Файнэншл Таймс» ссылается на мнения дипломатов ЕС, которые восприняли последний польский демарш с раздражением. Например, еврокомиссар по внешней политике ЕС Ферреро-Вальднер, поддержав польские требования в отношении сельхозпродукции, также выразила желание, чтобы Варшава отозвала свое решение о блокировании переговоров с Россией.

Прислушается ли польское руководство к этим призывам или же будет и дальше «твердо, решительно и резко» осложнять не только двусторонние отношения с Москвой, но и диалог России и объединенной Европы?


К списку                                                          © Copyright 2006 Www.rosbalt.ru

www.warsaw.ru