О внеблоковом статусе ИСД
24.10.2006

Не встретив ощутимой поддержки у западных соседей, корпорация “Индустриальный союз Донбасса” развивает присутствие у соседей восточных. Насколько эффективной станет такая “многовекторная политика”, покажет время. А пока что ИСД явно испытывает дефицит сырьевых и инвестиционных ресурсов, а до недавнего времени — и поддержки власти.

Проведенный этой осенью визит украинского премьера в Брюссель — центр таких знаковых в Украине международных структур как Европейский Союз и НАТО — был воспринят в украинской политической среде по-разному. Озвученный Виктором Януковичем отказ от курса на как можно скорейшее присоединения к этим структурам был с негодованием воспринят президентом, назначаемыми им министрами — зато был одобрен, причем официально, большинством как в парламенте, так и в правительстве. Одновременно все вспомнили про политику многовекторности — кто критикуя ее, а кто — поддерживая.

Впрочем, встречался и “третий взгляд”. То есть как бы за многовекторность, но евроцентричную. Или “Гармонизация с ЕС без членства”, как была озаглавлена статья в вышедшем после упомянутого визита номере англоязычного еженедельника Kyiv Weekly, близкого к ИСД. Озвучил такой особый взгляд и некогда заместитель министра иностранных дел, а ныне вице-президент Консорциума “Индустриальная группа” Александр Чалый (например, 17 сентября в эфире “5 канала”), еще раз подчеркивая важность для Украины нейтрального и внеблокового статуса. Как утверждает Чалый: “Я убедился в двойных стандартах ЕС и осознал необходимость искать новую концепцию евроинтеграции“ (интервью в “Контрактах”, 12 июня). Как у него получится — посмотрим, ведь недавно Александр Чалый вернулся в большую политику, став заместителем главы Секретариата президента, где и будет курировать вопросы внешней политики. А может, как некоторые гадают, и вообще посягнет на портфель министра иностранных дел…

То, что политики, подобные А. Чалому, в меньшинстве — очевидно. Бал правят либо сторонники жесткого курса на полную евроинтеграцию, либо курса — в любом виде — на сближение с Россией. Нейтралы, вроде партии Инны Богословской или блока Владимира Литвина, или же партии с невнятными геополитическими ориентирами, как у “ЭКО+25%”, на прошлых парламентских выборах “пролетели”. И, как на зло, представители и партнеры Индустриального союза Донбасса (и “Индустриальной группы” иже с ним) участвовали именно в таких партиях и блоках. А в кондово-донбасскую Партию регионов товарищей от ИСД так и не взяли, ежели, конечно, не считать последние места где-то в списках по местным советам. Сближение с президентом и его партией тоже как-то не заладилось, да и “Наша Украина” теперича не та, что давеча. Так что же остается ИСД, как не внеблоковость, местами перетекающая в многовекторность?!

Ясно, что ИСД сейчас не до жиру и, судя по всему, проекты дальнейшего продвижения в западном направлении наталкиваются на погранзаграждения из различных проблем. Вот раньше как бывало: вела корпорация ИСД более трех лет переговоры по покупке польского меткомбината Huta Czestochowa, а потом съездил Виктор Андреевич в Польшу, пробил, как президент, решение про продаже меткомбината “правильному” украинскому инвестору. И, глядишь, на ежегодном экономическом форуме “Украина-Польша” в городе Гдыня происходит подписание договора о продаже этой самой гуты ИСД. При участии президентов двух стран, чинно и благородно.

А сейчас что? Ну, отправился в начале сентября, уже в ранге премьера, Виктор Федорович на саммит, Экономический форум “Крыница-2006”, и тоже в Польше. Пообещал дотянуть нефтепровод Одесса — Броды до Польши — если поляки деньжат подкинут. Они пообещали. Собственно, и все. А как же, спросите вы, торжественное подписание (да что там — хотя бы подтверждение!) о продаже ИСД судостроительной верфи Stocznia Gdynia S.A.? Даром, что ль Сергей Тарута в апреле в Варшаву мотался и с тамошним руководством министерств, госимущества и экономики, переговоры переговаривал?

Проект ИСД по верфи, между прочим, схож с проектом по Huta Czestochowa. Во-первых, также есть серьезный конкурент. Это — израильский судовладелец Рами Унгар (Rami Ungar), который не просто владеет 20% акций верфи, но уж скоро как пять лет обеспечивает почти треть ее заказов. И польские власти, как и в случае с Митталом на ченстоховском меткомбинате, колеблются — то ли продать актив стремящимся дружить с Евросоюзом украинцам, то ли денежному инвестору-азиату. Такая вот многовекторность по-польски…

Во-вторых, верфь Stocznia Gdynia для ИСД, так же как проект с Huta Czestochowa — вывод продукции на рынки Евросоюза. Причем этот второй “польский проект” ИСД — логичное продолжение первого. Эта верфь издавна покупает стальной толстый лист на Stocznia Gdynia, являясь одним из ведущих потребителей продукции комбината. Портфель заказов верфи на ближайшие несколько лет составляет полтора миллиарда долларов, тогда как инвестор должен будет вложить в нее около сотни миллионов долларов, плюс погасить просроченные долги (около ста шестидесяти миллионов).

В интервью польскому “Морскому порталу” (Portal Morski) председатель набсовета Stocznia Gdynia Казимеж Смолиньский (Kazimierz Smolin'ski) заявил, что руководство, собственно, абсолютно нормально относится инвестору меткомбината Huta Czestochowa, давнего поставщика верфи. Вместе с тем, он не исключил и возможности, что в итоге два инвестора, и ИСД, и Унгар “придут к взаимопониманию и проинвестируют вместе”. В любом случае, инвестор для верфи необходим — без его прихода Европейская Комиссия не утвердит программу реструктуризации верфи. Так или иначе, в начале июля обе стороны подали заявки на участие в тендере.

По всему выходит, что приобретение этой, одной из крупнейших польских верфей, может стать для ИСД делом весьма доходным. Однако же наш премьер, вместо того, чтобы, будучи в Польше, поторговаться с поляками, скажем, предложив план “ продажа верфи в обмен на достройку трубопровода“, ничего в этом направлении не предпринял. Или, быть может, контакту “Индустриального союза Донбасса” с премьером (из Донбасса же!) сейчас похуже, чем в прошлом году с “оранжевым” президентом? Как бы то ни было, пример этот еще раз говорит о том, что Партия регионов отстаивает интересы далеко не всякого крупного донецкого бизнеса.

Но вернемся в Польшу. С одной стороны, там металлургия в относительном ступоре. В ступоре, оттого что в прошлом году спад сталелитейного производства составил 20%. А в относительном, потому что позапрошлый год был рекордным по производству за предшествующие восемь лет (тогда производство стали достигло 10,6 млн. тонн). Вместе с тем, в минувшем году наметилась тенденция спада польского стального экспорта (также, минус 20%), с одновременным ростом импорта (на 16%). И ввиду этого, внутреннее потребление стало обеспечиваться импортом уже более чем на половину. Проблемы полькой металлургии не только в устаревшем оборудовании, но также и в высоких долях затрат в производстве продукции сырья и оплаты труда, особенно после присоединения к ЕС. Без инвестиции в техническое перевооружение делать просто нечего.

А с другой стороны, расклад сил в “металлургии посполитой” ясен теперь как божий день. Основным владельцем является Mittal Steel Poland (меткомбинаты Katowice, Sendzimira, Florian, Cedler), контролирующий до 70% отрасли. На начало прошлого года рыночная стоимость польских активов Mittal Steel оценивалась на уровне 1,9 млрд. долларов. И эта стоимость будет только расти: вовсю реализуются проекты технического перевооружения, в том числе совместно с Voest-Alpine, причем счет инвестиций идет на сотни миллионов долларов. И поэтому будут подаваться польские активы слившейся с Mittal Steel корпорации Arcelor (которая в прошлом году купила Huta Warszawa у итальянского концерна Lucchini). Теперь объединенный Mittal Arcelor, из-за недостатка финансовых ресурсов при переизбытке мощностей, вынужден распродавать активы Arcelor, в том числе и в Польше.

А нераспроданных государством крупных металлургических активов практически не осталось — разве что простаивающий комбинат Walcownia Rur Jednos'c (WRJ), на который, скорее всего, будут претендовать россияне (ТМК), также и ввиду того, что продукция комбината используется для производства нефтедобывающего оборудования. От притязаний на WRJ корпорация ИСД отказалась еще в начале прошлого года. Директор по корпоративным правам и инвестициям ИСД Александр Пилипенко заявил тогда в интервью влиятельному польскому изданию Gazeta Wyborcza, что “Мы не хотим в этом принимать участие, если за продажу отвечает не Министерство государственного имущества, а менеджеры TF Silesia”. Напомним, что представители государственной компании Towarzystwo Finansowe Silesia, являющаяся основным акционером (40%) этого недостроенного трубного завода, входили в комиссию по продаже меткомбината Huta Czestochowa.

Хотя до того, в конце 2004-го, Пилипенко хвастался (в интервью “Ведомостям”), что предложение ИСД лучше чем у ТМК, в том числе и потому, что “у нас есть мощности по производству трубной заготовки, чем не может похвастаться ТМК”. И уже тогда был сделан намек на возможность создания металлургического холдинга в Польше, в случае приобретения WRJ вместе с комбинатом Huta Czestochowa. Пилипенко оценивал тогда необходимые инвестиции в WRJ на уровне до 37 млн. долларов. Но, видимо, не сложилось…

Так что за счет своих польских активов, ИСД, ведущим игроком на польском металлургическом рынке не станет. Для сравнения: на протяжении семи лет в Huta Czestochowa предполагаются инвестиции ИСД на уровне в 400 млн. злотых (около 130 млн. долларов), тогда как сумма текущих (завершаются к концу этого года) инвестпроектов Mittal Steel Poland составит почти 1,5 млрд. злотых.

Также очевидно, что за счет комбинатов Huta Czestochowa в Польше и DUNAFERR и DAM Steel в Венгрии, ИСД какую-либо значимую роль на металлургическом рынке ЕС не сыграет и близко. Хотя, конечно, наличие таких активов позволит позиционировать себя уже как отчасти транснациональную корпорацию, что робко уже пытается делать “Метинвест Холдинг”. Правда, в отличие от “Метинвеста”, к проведению IPO ИСД как холдинг не готов, так что времени на реструктуризацию активов, включая зарубежные, достаточно. Впрочем, занять денег можно и на польском рынке, как делает это украинская агропромышленная компания “Астарта” на Варшавской фондовой бирже. Многими финансовыми экспертами считается, что один из наиболее простых способов для дальнейшего продвижения на фондовые рынки ЕС, поскольку котировки акций в Варшаве позволяют включать их в листинги любых других бирж на территории Евросоюза.

Другое дело — коль ИСД (или, по-польски ZPD, Zwiazek Przemyslowy Donbasu — хотя операции проводятся через его польскую “дочку” — Isd Steel. Sp.zo.o.) станет выстраивать польский горизонтально-интегрированный холдинг, с включением в него металлоторговцев (что уже есть) и потребителей (упомянутая выше верфь). В связи с этим часть инвестиций уйдет на увеличение ассортимента и объема продукции, используемой затем для производства металлоконструкций.

Развитие направления металлоторговли для ИСД и партнерских ему компаний несет в себе и определенный лоббистский смысл. “Польский союз дистрибуторов стали” (PUDS) участвует в работе аналогичной общеевропейской структуры Eurometal, что может способствовать продвижению продукции на рынки Евросоюза. Для работы на польском металлургическом рынке ИСД создал СП с местной компанией Zlomrex, прозванным “Индустриальная металлургическая компания”, с долей ИСД в 75%-1 акцию, а у Zlomrex 25%+1 акция. На этом сказ не кончился: впереди состязание за покупку польского стального дистрибьютора Stalexport SA, на который претендуют и Zlomrex, и Mittal Steel Poland, давний конкурент ИСД.

Кроме того, у трейдера ИСД, “Украинской горно-металлургической компании” (УГМК) также на польском рынке есть и свои интересы, и партнеры, которые могут сгодиться для ИСД. Ведь не жалеет же ИСД предоставлять УГМК право поставлять в Украину продукцию своего венгерского меткомбината DUNAFERR! (Кстати, а через венгерский DUNAFERR ИСД может контактировать с такими лоббистскими структурами, как European Iron and Steel Industrial Association, где обладает ассоциированным членством, и European Iron and Steel Institute, с которым установлены хорошие рабочие контакты.)

Впрочем, возможность выстраивания польского вертикально-интегрированного холдинга ИСД все же рассматривает. Сергей Тарута упомянул как-то (интервью в выпуске “100 самых богатых поляков” журнала Forbes в Польше в апреле этого года), что в планы ИСД входит создание в Польше такого холдинга — начиная прямо с добычи сырья. Определенные шаги были сделаны в феврале прошлого года, когда ИСД купила у компании Ropczyce 50%-ую долю в завода огнеупоров в Хшанове (Chrzanowskie Zaklady Materialow Ogniotrwalych S. A).

Что ж, сырьевой вопрос для ИСД — один из наиболее болезненных. ИСД входит в число тех украинских корпораций, которые импортируют коксующийся уголь. А импорт его идет из России да Польши. Минуглепром недавно, устами своего нового-старого министра Сергея Тулуба, заявил о целесообразности приватизации шахт, добывающих коксующий уголь. Однако еще не факт, что при ее проведении ИСД достанется достаточно сырьевой базы.

Еще один, помимо коксового, сырьевой вопрос для ИСД — газовый. В начале июня НКРЭ выдала Индустриальному союзу Донбасса лицензию на поставку природного газа по нерегулируемому тарифу сроком на 5 лет, в объеме 1,25 млрд. куб. м в год, что вполне хватило бы для обеспечения собственных предприятий. Да только вот вопрос — а сожжет ли по ИСД получать российский или туркменский газ по особым условиям. Оно конечно хорошо, что среди учредителей RosUkrEnergo отметился Иван Фурсин из одесского “Мисто-Банка” (банк также среди соучредителей “Индустриальной группы”). Да и связей с ИСД (пусть даже косвенных) другого учредителя, Дмитрия Фирташа, тоже нельзя игнорировать.

Вот и остается бедным олигархам из ИСД податься поближе к источникам сырья. Будет ИСД по ту сторону Керченского пролива, в городе Армавир выпускать арматуру. Равно как и другие металлоизделия — профиль, уголок, швеллер. На строительство металлопрокатного завода в России ИСД планирует инвестировать от 220 до 250 млн. долларов. Предприятие будет состоять из сталеплавильного цеха (1,5 млн. тонн литья в год), сортопрокатного стана (мощностью 600-700 тыс. тонн в год) и проволочного стана (400-500 тыс. тонн в год). Поскольку средств на проведение сразу столь значительных инвестиций у ИСД недостаточно, строительство будет идти в два этапа: сначала мелкосортно-проволочный стан (с обеспечением сырьем из ДМК им. Дзержинского, контролируемого ИСД), а затем, через два-три года — и все остальное.

Нельзя исключать, что этот российский инвестпроект от ИСД есть лишь первая ласточка и корпорация будет и дальше наращивать свое присутствие на российском рынке. Слова Таруты о том, что “мы должны были повернуться в сторону Европы” (в интервью Forbes) вовсе не исключают поворачивания в иные, отличные от западной, стороны — в восточную (российскую, да и постсоветскую в целом) или в южную (пакистанскую, к примеру). И пока политологи проводят теоретические дискуссии о целесообразности многовекторности, “внеблоковый” “Индустриальный союз Донбасса” проводит политику многовекторности на практике. Результат его эксперимента и даст ответ на вопрос о возможности движения по многим векторам сразу.

Правда один вывод можно сделать уже сейчас: тогда, как развитие украинской экономики стопорится из-за нехватки инвестиций, ИСД всяческими способами выводит инвестиции за кордон. Хотя, возможно, эта корпорация может себе такое позволить, привлекая дешевые финансовые ресурсы для кредитования своих украинских активов, вроде недавнего кредита IFC, подразделения Мирового банка, на 100 млн. долларов. Впрочем, это тема для отдельного разговора.


К списку                                 © Copyright 2006 http://ukrrudprom.com

www.warsaw.ru