Почему Россия не желает видеть на своей территории Леопольда Унгера ("Gazeta Wyborcza", Польша)
13.03.2006

Российская Федерация, атомно-газово-нефтяная супердержава, объявила мне войну. Пока холодную, но можно ожидать всякого. А именно, посольство Российской Федерации разослало во все редакции и повесила в Интернете сообщение о том, что 'г-ну Полю Матилю (он же Леопольд Унгер) закрыт въезд на территорию Российской Федерации'.

Решение правильное. Ведь в статье в "Le Soir" (и в 'Газете') я неточно привел слова президента Путина. Президент призывал убивать не 'чеченцев как крыс', а 'террористов как крыс'. Моя ошибка была очевидной, я публично ударил себя в грудь. 'Газета' успела поместить опровержение, и обошлось без гнева Кремля. "Le Soir" не успела и вот, авантюра.

Пускать или не пускать кого-то на свою территорию - суверенное решение каждого государства. Так что, можно суверенно приглашать, скажем, в Москву террористов из 'Хамас' и не впускать - хотя в демократическом государстве это позор, стыд и насилие над свободой слова - иностранного журналиста, только потому, что в Москве не любят его комментарии. Предлог нашелся, хватило одного переиначенного президентского слова. И на этом можно было бы закрыть весь этот гротескный фарс, хотя мне, конечно, жаль потерять возможность заехать в пару хороших мест на блины. Но и к этому можно привыкнуть.

Мне даже проще, чем другим. Ведь однажды - а был это 1969 год - меня уже выгоняли. Из Польши, на основании 'проездного документа', который мне тоже 'запрещал въезд на территорию'. Позже, вплоть до конца "холодной войны" я работал в газете "Le Soir", журнале 'Kultura' и на радио 'Свободная Европа', следя за судьбами великих россиян - Солженицына, Ростроповича и прочих Буковских, которых Кремль лишил 'права въезда на территорию'. Уж не говоря о тысячах советских евреев, которые только и мечтали о том, чтобы их лишили права въезда, при условии, что позволят выехать.

Проблема в том, что в своей реакции посольство сверхдержавы не ограничивается шлагбаумным вопросом, а идет гораздо дальше. В стиле газеты 'Правда' и на языке, пробуждающем столько воспоминаний, посольство высылает 'редакции 'Le Soir' и всему журналистскому сообществу Бельгии' двойное предупреждение, касающееся личности и деятельности Поля Матиля (Pol Mathil). Во-первых, профессиональное. А именно, Матиль, 'по-видимому, злоупотребляет доверием руководства редакции', распространяя клеветнические утверждения о политике России'. Во-вторых моральное. А именно, посольство предупреждает бельгийское общественное мнение, а, прежде всего, читателей о том, что ошибка в цитате - 'лишь один из примеров морально нечистоплотного отношения г-на Матиля к выполнению своих профессиональных обязанностей'.

Суть дела, то есть, различия в понимании свободы прессы в России и Бельгии, будет обсуждена на 'саммите' между послом и госпожой главным редактором газеты. Со своей стороны, с большой неохотой, но без особого удивления, я могу лишь добавить четыре небольших ремарки.

Первая: "Le Soir", собственно, не привыкать к таким письмам, то есть, более-менее регулярным доносам на ее журналиста (высылаемым из Москвы, а в прежние времена - также из Варшавы), но последний такой сигнал пришел к нам до падения Берлинской стены.

Вторая: я, таким образом, вступаю в хорошую компанию 'Газеты', где меня уже ожидают другие 'политические прокаженные': Вацек Радзивинович (Waclaw Radziwinowicz), которого не любит Лукашенко, и Мачек Стасиньский (Maciej Stasinski), который не приглянулся Фиделю Кастро. И, что печальнее всего, президент Путин присоединяется к этим двум довольно мрачным фигурам. Их хорошей компанией не назовешь.

Третья: разумеется, речь идет не об одном слове, а о предлоге заткнуть рот неудобному журналисту, и в этом смысле это знак жалкой и мелкой мести, а прежде всего, огромной слабости сверхдержавы.

Четвертая: и здесь я процитирую Радзивиновича (но без ошибок): по мнению Путина, 'чекист никогда не бывает бывшим'. Согласен.


К списку                                           © Copyright 2006 Www.inosmi.ru

www.warsaw.ru